эта хроника увидела свет, публика ничего не знала о единственном, но прискорбном отступлении О'Моя со стези чести, исключая тех немногих, кто был замешан в этой истории. Они хранили тайну, так как любили сэра Теренса и, понимая побудительную причину его проступка, от души простили его.
Если я справился с обязанностями правдивого хроникера, то мои читатели должны быть этим полностью удовлетворены.